3 марта на традиционном для Высшей Школы Экономики конвенте «Историон» секция Ролекона представила реконструкторам, полевщикам, настольшикам и прочим простым жалким смертным возможность приобщиться к настольным ролевым играм. Мне посчастливилось оказаться в числе мастеров, и о своих ощущениях от прошедшего я и буду рассказывать в этом отчете. 


1) Организационная составляющая: А) Приятно видеть директора ДК, солидного дядьку, который так же, как и подручные студентики бегает, суетится, растягивает по столам мешковину, помогает собирать стелажи для магазинов, общается с посетителями и проявляет всяческое участие. Б) Приятно, когда по моей просьбе ребята начали тянуть 10-метровый удлинитель к моему столу, а когда оказалось, что это уже не требуется, без мата и упреков просто свернули провода. В) Приятно, когда на вопрос о том, где можно взять бумагу и ручку у меня спрашивают, сколько мне нужно листов бумаги и сколько ручек, просят подождать и через 5 минут приносят все в чистом виде. г) Неприятно, когда бешеный живой петух кукарекает раз в 20 минут. В течении 8 часов. 
2) Люди: А) Приятно видеть качественные яркие костюмы — у нас в костюмерной театра таких богатств не найти 🙂 Б)Приятно видеть огромные толпы людей, с интересом следящих за происходящем и желающих принять в нем участие. В) Приятно видеть толпы трезвых реконструкторов. Г) Приятно видеть и детей, и подростков, и молодежь, и людей в возрасте. 
3) Непосредственно игры: я провел три игры, поэтому не нашел времени посмотреть, что же происходит за столами моих коллег. О своих же я расскажу подробнее. Сама игра была посвящена средневековой Испании и социалке между представителями разных сословий и состояний. В обязательных ролях были: отец-настоятель, благородный сеньор, его оруженосец и юная, непорочная донья. На каждой игре людей внезапно оказывалось больше, и появлялись неожиданные дополнительные роли. 
А) На первой игре у меня играли супружеская пара в возрасте с 13-летней дочкой, молодой парень лет 20 и мальчик лет 10. Папа был священником, дочка — непорочной доньей, парень — рыцарем, а мальчик — его оруженосцем. Маме спешно была придумана роль служанки благородной доньи. Что я вам скажу — к НРИ никакого отношения эта игра не имела в принципе, куда больше походила на всяческие тренинги. Наиболее запомнившимися моментами являются наглядный слом застенчивости мальчика, сумевшего наконец потребовать от служанки выполнения непосрдественных обязанностей и взгляды, которыми супруг награждал свою половинку в моменты отыгрыша скромной и покорной служаки. Еще больше запомнилось то, что после пятиминутной отлучки на «ответить на звонок» супруга вернулась с друзьями — супружеской парой того же возраста. Но тут уж я был вынужден новым людям отказать 🙂
Б) На второй игре у меня играли люди опытные в том, что обычно называют настольными ролевыми играми. Все играли в ДнД. Обычно — под пиво, но тут алкоголя не было. Объяснил я ребятам о том, во что мы будем играть, как мы будем это делать и какой цели мы вместе попытаемся достичь. Ребята переглянулись, разобрали себе цели, пятый игрок захотел быть пленным сарационом, и большую часть игры добивался того, что бы ему изо рта вынули кляп, а в итоге всех победил 🙂 Из запоминающихся моментов — чуть заикающийся оруженосец, целью которого являлось доказать господину свою готовность принять шпоры, вечно выглядящий дурачком на фоне стэтхэм-стайл сарацина, возвращается побитым с разведки и докладывает, как чудом спасся от 20 разбойников, сумев порубить только десяток. В это время сарацин, на руках вытащивший его из переделки с тремя пастухами, с каменным лицом стоит и продолжает держать раненного оруженосца на руках. На вопросе святого отца: «А ты, грешник?», сарацин скромно опускает глаза и склоняется в поклоне. Оруженосец продолжает говорить, и сарацин, не повышая голоса, так же ровно и скромно: «Помолчи». Оруженосец недоуменно: «Почему?», вся партия уставилась на сарацина, тот, точно так же, даже головы не поднимая — «Потому что во время поклона это израненное недоумение должно было упасть на землю и теперь глотать пыль под моими ногами» Так же приятно было видеть, как парень, играющий за отца-настоятеля, изо всех сил оберегал честь прекрасной доньи, которую отыгрывала его девушка 🙂 Ну и прекрасные финальные моменты, когда рыцарь, всю игру чморивший своего оруженосца, в последние секунды жизни того, принимает его в рыцари, и в последний момент замечает летящего к нему волка и принимает решение не защититься самому, а умереть, но позволить оруженосцу отравиться на небеса уже полноценным рыцарем.
В) Третья игра была собрана из людей, отдаленно понимающих о чем идет речь. Денис во время моего перекура устроил им вводную лекцию на тему «Что есть НРИ и как его играть», поэтому первые 20 минут я потратил на перевоспитание 🙂 Дополнительной ролью был выбран осознающий неизбежность собственного горения в аду социопат-Алхимик. После этого раскрепощенные, свободные игроки с одной стороны и два прямо таки обратных этой оценке игрока с другой начали игру. И это, я вам скажу было весело. Полтора часа девушка, самолично указавшая отличительной чертой своего персонажа «стремится расстаться с невинностью», святой отец, на лету стилизующий пословицы и поговорки под библейские притчи и оруженосец, постоянно скатывающийся в вымогательство финансов, откровенно рулили процессом. Но когда перед партией встала реальная проблема, эти активисты отошли на второй план, а тихие, скромные игроки наоборот начали рулить процессом. Особенное впечатление на меня произвел молодой парень, отыгрывавший рыцаря — первые полтора-два часа он молчал, но когда внутриигровая необходимость наложилась на его внезапное понимание работы не с персонажем и от лица персонажа, а с сюжетом и от лица игрока, он начал творить форменные чудеса. Отдельно хочется извиниться перед Максимом и его игроками — они вынуждены были перенести от нас свой стол. Перенести в прямо таки противоположный конец зала. Произошло это как раз в тот момент, когда девушка, отыгрывавшая благородную донью, попала в закольцованную ловушку «я — девушка» — «пусть решают и делают за меня» — «что-то ничего не получается у них» — «но я ведь девушка…» и, имея на руках все рычаги для победного разрешения конфликта с одной стороны и понимание того, как именно это можно и нужно сделать с другой стороны, не смоглане захотела дать внятную заявку. Мне пришлось давить на неё, и было это весьма громко и экспрессивно, за что я и прошу прощения. 

А если совсем кратко, то — было весело.