Всё началось с того, что я попытался воспринять весьма симпатичную женскую попу как двухмерное изображение. Друг-архитектор, объясняя мне принципы рисования, рассказал, что любой объем в изображении реализуется через сочетание цветов. Свет и тень, если хотите. И художник рисует не то, что есть на самом деле, а то, что будет похоже на это самое настоящее в глазах зрителя. И знаете, что?

Во-первых, женская попа — весьма достойный объект. Тут тебе и плавные формы, и большое количество мелких деталей… Во-вторых, спустя первое же мгновение такого переключения эта достойная всяческих похвал, обожания и даже обожествления часть женского тела потеряла весь эмоциональный контекст, весь заложенный смысл… Она стала просто одним из объектов. А это — один из первых в моей жизни осознанных случаев смены восприятия с мгновенным, ощутимым эффектом.

А бедра? Вы замечали, что прелесть женских бедер заключена в точках максимальной округлости, на уровне паха? Конечно, это утверждение не претендует на роль парадигмы. Так, гипотеза…

К вопросы о неравенстве… У девушек с пышной грудью иногда видно очертания чашечек бюстгальтера. Да, тут есть несколько нюансов: нужен относительно облегающий верх, видно очертания лишь верхней части, и сами по себе эти проглядывающие «ребра» лишь вредят эстетике женского тела. Но вместе с этим эти проглядывающие очертания просто не позволяют не обратить внимание на женскую грудь. И если они появляются внезапно…. 


К примеру, девушка поворачивается к вам спиной (вы видите ее талию и бедра), снимает пиджак (да, она раздевается, и ваш мозг интерпретирует это однозначно), вы видите силуэт пряжки бюстгальтера на ее спине (интрига — какая же у нее грудь?), она поворачивает голову, чтобы поправить волосы (о да, она убирает волосы с лица!), показывает свой профиль (уже получив +100500 к проверке на соблазнение, она показывает себя и как объект эстетического удовольствия), разворачивается корпус (сначала мы видим, как ткань натягивается, мы видим и талию, и грудь с боку, а затем она поворачивается всем телом, и мы можем оценить пластику), наш взгляд от бедер начинает подниматься к груди чтобы точно оценить глубину выреза. Она, точно оценив момент, проводит рукой по пуговице (даже не касаясь ее, но наш взгляд полностью подчинен этому движению) и когда мы, жестоко разочарованные, только начинаем возвращать себе контроль над собственным сознанием, она делает вдох (едва заметный, достаточный лишь для того, чтобы очертания чашечек бюстгальтера стали едва заметнее), и мы, не в силах не заметить это движение, опять теряем контроль над собой. Вот так, за три секунды здоровый мужчина трижды теряет над собой контроль. Так кого, вы говорите, мы ущемляем?


А сама грудь? Если смотреть на грудь сбоку и чуть снизу, и грудь эта — есть (если её нет, зачем тогда на нее смотреть?), то она удивительно похожа на каплю. На готовую вот-вот сорваться с виноградного листа крупную каплю…