Вторник, 10 декабря. 
За ночь похолодало так сильно, что я трижды пожалел: о том, что не взял шапку; о том, что поехал в брюках (в которых и при +20 не жарко); о том, что я не прошел собеседование. Но — обо всем по порядку.

Утренняя дорога до Октябрьского поля, хоть и на ногах, была чудесна — я спокойно дописывал свою заметку о гейм-дизайне, не толкался с людьми, а выйдя из станции наткнулся на кофе-хауз (от которого в кошельке у меня оказался счастливый талончик). От метро до нивальского офиса, продуваемый совсем уж диким ветров, поминутно меняющий держащую кофе руку, я дошел за 20 минут, 10 из которых я блуждал в поисках нужного мне корпуса. Как вы понимаете, не до волнения было.

Войдя во внутренний дворик, я обратил внимание на две вещи — контраст чистоты места с моими внезапно заляпанными грязью туфлями и на огромное количество снега. Быстро почистив обувь этим снегом, я понял, что следующей моей покупкой будут не новый планшет, не телефон и даже не ноутбук-трансформер. Нет. Это будут зимние туфли, хорошая шапка и теплые кожаные перчатки. И этот холод, и эти мысли опять не оставили мне для волнения ни минуты.

Восьмой этаж восьмиэтажного синего корпуса — и вот уже весьма миленькая (низенькая, стройная, мягкая, темноволосая…) девушка проводила меня на 7 этаж и оставила в переговорной. Оглянувшись, я понял, что ждать еще долго — я пришел на 20 минут раньше положенного срока — и принялся дописывал заметку про гейм-дизайн. 

«Ну вот я и внутри Нивала. Пока — как чужеродный организм. Посмотрим, будет ли отторжение :)» — именно эти слова я записал в планшете, когда HR проводила меня в переговорную и попросила подождать. Очки только распотели, ноги все еще дрожали от холода, и весь я был какой-то новогодний, радостно раздраженный.

Формализации мыслительного процесса, красивая женщина, радость за отечественный игрострой (все-таки два верхних этажа занимают — молодцы!) — я и не заметил, как в комнату зашли два молодых человека. Один — лид всея геймдизов проекта Prime World, второй — лид команды геймдизов, отвечающей за героев в этой игре. 


Поговорили за жизнь — кто я и что я, и на перекрестном запутывающем допросе этих ребят я впервые за последние два дня ощутил беспокойство. Когда один спрашивает тебя о политических взглядах и просит их обосновать, а второй — выдать объективное сравнение британской и европейской моделей демократии — как-то я теряю плавность речи. Пример исключительно фигуральный, большую часть времени мы говорили о проекте и моих представлениях о том, в каком направлении его нужно развивать, постоянно прыгая между деталями и общими пунктами. Вот в этот момент я прямо таки пожалел, что не отправил им тот план развития проекта, что отправил Орловскому (не скажу, что зря, но и пользы особой от этого не было).


После этого ребята решили проверить мои навыки работы с цифрой. Пододвинули чьи-то чужие резюме, повёрнутые чистой стороной, дали мне ручку и начали задавать задачки. Ну а на тот случай, если вы соберетесь идти туда же — вот эти задачки:


Первая. Два юнита с бесконечно большим количеством хп махаются друг с другом. У первого атака 100 и 20% шанс внести удвоенный дамаг. У второго атака — 120. Кто из них эффективнее махается? Правильный ответ: у них равная эффективность. За 1000 боев оба внесут по 120 тысяч дамага. 

Вторая. Берем юнитов из первой же задачи. Даем первому 20% шанс доджа. Каким должен быть лайвстил у второго юнита, чтобы общая эффективность юнитов не поменялась (осталась равной). Правильный ответ: 25%. За 80% своих атак (за 800, если взять принцип решения первой задачи) второй должен отхиливать 20% от внесенного первым дамага (24000 хп), то есть — 30 хп. Так как лайвстил классически измеряется в процентах от дамага, то 30 от 120 = 25%. 

Третья. Берем два ряда по 100 лучников. Стоят в две шеренги, лицом к лицу. У каждого по 20 хп. У левых — 15 дамага. У правых — 10, и 10% шаг внести двойной дамаг. Каждый лучник стреляет в того, кто прямо напротив, после убийства — переключается на того, кто справа. Вопрос — какая из шеренг победит в таком противостоянии? Ответ: правая, потому что каждому лучнику из левой шеренги придется тратить по два выстрела на цель, а 10% выстрелов лучников из правой шеренги будут убивать цель с первого выстрела.


На первой же я почувствовал сильное дежавю. На второй оно стало нестерпимым. Когда меня приглашали на собеседования гейм-дизов, я задавал именно эти задачки. А после, в один из прекрасных летних дней мне объяснили, что так людей собеседовать нельзя. Что вообще мне собеседовать людей нельзя. Ну и что вообще я невытягиваю. С этого, пожалуй, и начался закат моей карьеры на предыдущем месте работы — в фирме 2reallife. И все эти ощущения, все эти эмоции внезапно накатили, и мой мозг встрял. 

Передо мной лежал исписанный листик, ребята ждали решения второй задачи, а все, что я мог делать — это висеть в полутора метрах над своей головой и смотреть в пустоты собственной головы, и взгляд мой был двумя объемными трубками, которые проходили сквозь голову и шевели внутренности в животе и груди. Хорошо, что один из ребят оказался восприимчивым и быстро переключил мое внимание на третью задачу.


На основании этих трех задач ребята решили, что с цифрой я работаю, цитирую: «интуитивно-логически». Я не стал с ними спорить, и мы переключились на вопросы о зарплатах. Спросили о трех цифрах: минимальном окладе, комфортном окладе и той цифре, которую я бы хотел получить через год работы. Все, в том числе и HR, широко рас пахнули глаза, когда я прямо сказал, что первая цифра отсутствует, и работать в Нивале (несколько месяцев, как минимум) я готов и бесплатно. На счет второй цифры — я просто сказал, сколько получал в 2reallife, и что мне этого было вполне достаточно, поэтому и через год работы, если я не перейду на другую должность, меня эта цифра вполне утроит — поэтому и третья цифра так же отсутствует. Собеседники переглянулись, спросили, gross’ом ли я получил названную цифру, пару мгновений помолчали, узнав, что нет, чистыми )


После этого внезапно встрепенулись, задавая вопросы на тему: «а на какой вакансии я вижу себя через год» и «какую вакансию я вообще хочу занимать». Услышав мой ответ в духе «руководителя отдельного проекта, в рамках ли крупной студии, в собственной ли — не так важно», порадовались, сообщил, что по резюме я вообще-то куда больше подхожу на позицию продюсера. Именно эта фраза вернула меня в естественное расположение духа. Но было уже поздно. 


Мне предложили позадавать свои вопросы, и оказалось — не все спокойно в Датском королевстве:

  1. Что в Нивале так же, как и много где еще, HQ (высшее руководство) в любой момент может спустить на исполнителя любую задачу, и класть на планы; 
  2. Что не то, что рядовой исполнитель, а даже Лиды не всегда понимают цели выполнения той или иной задачи вплоть до ее реализации и ввода в игру; 
  3. Что каждый формально может «поговорить с Сержем» ( Орловским ), но на самом деле никуда не пойдет. Цитирую: «Не будет же Орловский доносить vision до каждого»; 
  4. Что любой сотрудник в таск-трекере может заводить баги на любого Лида (и те, даже в случае отказа, обязательно дают подробный объяснявший ответ)

После дежурных вопросов о готовности к переезду, спросили, а на какой другой должности я готов бы был работать, и опять сильно удивились. «Хоть посудомойкой. Я хочу работать именно в Нивале. Это — важнее всего» Причем первый, который лид всея геймдизов Прайма, меня понял еще до того, как я закончил фразу, а второй — так недоуменно лоб и морщил до самого конца собеседования. 


В завершении мне пообещали пообщаться, решить на счет меня и дать ответ в течении недели. Ведь вакансия не горит, и нужна ли она вообще — непонятно… «Этой рабочей?» — спросил я. «Нет, календарной.» Я широко улыбнулся и попросил ребят, если они уже готовы мне отказать, сделать это пораньше, чтобы я начинал искать другую работу. Тут к великому моему удивлению второй, ответственный за героев, твердо и даже резковато мне возразил: «Нет. Отказать мы не готовы». Но спускаясь со мной в лифте, он отводил глаза. А первый — безудержно болтал. И у меня сложилось полное ощущение, что на мой счет они уже все решили. 

Обидно. Я действительно очень хотел работать именно в Нивале. Я — слабый человек, и эта обида, перевариваясь и накапливаясь, упала на меня, когда я сидел в маршрутке, и я мгновенно почувствовал себя старым. Старым и слабым. И очень-очень захотелось спать. Но знаете что? Описать все это мне показалось куда интереснее.